|
|
|
Алина
Зинатуллина
ПОБЕГ
ВСТУПЛЕНИЕ
РЕДАКТОРА АЛЕКСАНДРА МЕДВЕДЕВА
_______________________.
ПОБЕГ
Тихо падает хлопьями сахарный снег.
Я из прошлого ночью замыслю побег.
На хрустальных дорожках оставлю следы
И взлечу в звездный иней небесной слюды.
КОРОЛЬ
Слава тебе, безысходная боль!
А. Ахматова
Эй, хмельные кубки
До краев налей!
На свете больше нету
Добрых королей.
Казалось, смех повсюду -
А оказалось - плач.
Смотрелся королем он,
Но был простой палач.
Уходит и уходит из-под ног земля...
Как будто я любила другого короля...
* * *
Засыпаю.
Тяжесть на веках.
Я зеваю.
И мысли бегут...
Засыпаю...
И кажутся веком
Пролетевшие
Тридцать минут.
Засыпаю.
Сумбурные строчки
И клочки
Необдуманных дней.
Провалилась
Куда-то, где точно
Нет капризных
И злых
Королей...
* * *
Я только что ударилась об лед.
Лбом, со всей дури, даже до крови…
Ты неосознанно моей души полет
Своею жизнью снова отравил.
Ты метко в цель своей свинцовой пулей.
Я пошатнулась - я не верю в смерть.
Кряхтящий смех помешанных горгулий,
А из-под ног земли уходит твердь.
Пробьет озноб. Но что в этом такого?
Я одержимо брежу о тебе.
Но не дотянешь ты теперь до Бога,
А я переломала свой хребет.
ОСЕНЬ
На меня опускается осень
И щекотится ветром бумажным.
Я хочу с тобой видеться. Очень.
У тебя, у меня ли - не важно.
Золотую охапку кленовую
Кину по ветру - бабочек стая
Улетает на юг. Эту новую…
Без тебя я ее начинаю.
С мокрым холодом снова свидание.
(Не забыть контрацепцию-зонтик).
По ночам теплых дней ожидание.
Только мышцу-моторчик не троньте!
Из груди - стукнет-прыгнет и выскочит
Неспокойное желтою осенью.
Пережили, отжили, не выжили,
Сжили-нажили. Смяли и бросили.
АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ
Я хочу встать пред тобой на колени.
Нет, на тебя я молиться не буду.
Дай отгоняющим стужу-простуду
Взглядом напиться мне до одуренья.
Нежно согрею своим опереньем,
Горячим глинтвейном тебя опьяняя.
Себя в твой бокал со слезами роняю,
Обвивши крылами родные колени.
Ладонь раскаленным сухим поцелуем
Твою заклеймила навеки собою.
Я ангел-хранитель твой. Из плоти и крови.
Теперь ты бессмертен. И неописуем.
* * *
Поймай меня на слове,
На чем-нибудь поймай!
Скажи, что я бездарна,
Сотри, сожги, сломай!
Сомни мои тетради,
Перечеркни мой сон,
Но Боже, будь же рядом!
Кирие Элесон…
Смеяться, тут же плакать,
Сходить, сходить с ума,
Но только не из окон
Уставшие дома…
Бей дрожью ожиданья,
Пылай румянцем встреч,
Но только чтоб не в сердце
Печали ржавый меч.
Заставь меня хоть что-то
Почувствовать в груди!
Заставь меня влюбиться,
А после - уходи.
ВОЛШЕБСТВО
Мне мелодия дарит крылья.
Голубые речушки вен -
Я летела над ними, с пыльных
Снова встав со своих колен.
Я была будто легче неба
На воздушных волнах октав,
И на свете нет места, где бы
Повстречался мне этот граф.
И в минорной прохладе ночи,
И мажорным и теплым днем
Мне не важно, чего он хочет,
Я пою теперь не о нем.
Я отныне сонаты мира
Не меняю на слез тюрьму,
И звучания флейты, лиры
Я дарю теперь не ему.
Заполняя пространство зала,
Чувства хлынут из берегов,
Только я, как уже сказала,
Это пела не для него.
И взглянув в себя строгим взглядом,
И отвесив земной поклон,
Я почувствую, где-то рядом
Счастьем будет уже не он.
НАД СОБОРОМ БОГОМАТЕРИ
На камне готических башен,
Как реквием, гулко звучал
Исписанный почерком Вашим
Мой голос началом начал.
Туман поглощал эти звуки,
И где-то внизу подо мной
Я слышала шаг, полный муки,
Священника по мостовой.
Туман все сгущался, как призрак,
Раскачивал колокола -
По девушке правил он тризну
И бил дней моих зеркала.
Ваш росчерк на нотной странице,
Как писаный кровью, алел.
Вы в сердце вонзали мне спицы
Отравленных завистью стрел.
Светало. Туман. Над собором
Молитва моя вознеслась,
Подхвачена ангельским хором,
Упала в дорожную грязь.
И с трепетом взявши клавиры,
В потрескивании свечей
Вы пели. Зачем же кумиром
Вы стали для этих сычей?
* * *
Моя кожа - тонкий пергамент,
Воспаленные листья берез.
Меня нежностью можно изранить,
Для меня все, что слышу - всерьез.
Моя кожа - прозрачная пленка
Возбужденной и нервной души,
Мои мысли - сужденья ребенка,
Заблудившегося в глуши.
В моей хрупкой хрустальной вазе
Терпко-сладкий березы сок.
Пригуби - видно, в каждой фразе
Я храню для тебя глоток.
ТОЧКИ
Я ставлю точку синими чернилами.
.
И даже все отлично получается…
Была я сильной? - Нет, казалась сильною
Но с моей мощью мне самой не справиться...
И не отчистить чувства пригоревшие,
Не сковырнуть с души налеты прошлого.
Я замуслю мысли надоевшие,
Стряхну со скатерти обиды крошки черствые.
Но нет! Опять - чернила взяв сознательно,
Мокнув перо, не дав себе отсрочку,
Насильно, но упрямо и старательно
Я все-таки поставлю эту точку.
..
Засуну кляп в кричащую эмоцию,
Логичным доводом себя в тупик поставлю.
И трезвых выводов внушительную порцию
До тошноты себя сожрать заставлю.
А мне во сне - небесным откровением
Пролезет в уши истинное знание.
И вот, не окрестив себя сомнением,
Я вижу, что неизлечимо ранена.
Надежды нет. И кажется все глупостью.
Сниму вуаль я и глаза разую.
Сухой, безвольной и засохшей скупостью
Последнюю я точку нарисую.
…
Натянут нерв, как тетива упрямая,
Душа до боли мной самой заточена,
А на листочке - с ужасом отпряну я -
Там эти точки превратились в многоточие…
…
* * *
Слишком тяжка мне эта рента
За жилье, что
зовут "покой",
Похоронная с сердца лента
Нежно снята твоей рукой.
Нынче вытяну знак печали -
У гадалки я пик-туза.
Чувства снова мне приказали
В нотах видеть твои глаза.
И вдыхая морозный воздух,
Слышать запах твоих волос.
Черный шарф твой, снежинки в розах,
Раздразнили меня до слез.
Подавившись огнем, кричала
На костре своем: "Никогда"…
Неужели мне пыток мало
Инквизиторского суда?
СОБОР ПАРИЖСКОЙ БОГОМАТЕРИ
1. ТАНЦУЙ
Танцуй, танцуй мне на погибель,
Плечами страстно поводи!
Мне твой разврат милее библий,
Пусть ада пропасть впереди.
Танцуй, звени чертовским бубном,
Своди, своди меня с ума!
Твоею щиколоткой круглой
Во мне воздвигнута тюрьма.
Пляши! Ты для меня танцуешь!
Внутри неистовство буди!
Своими ножками целуешь
Мне сердце пьяное в груди.
Не уходи, о, сжалься, сжалься!
Танцуй еще, еще, еще…
И вдруг… Я словно в точку сжался,
Когда открыла ты плечо…
Ты запыхалась и зарделась,
Отерла влажные виски,
Плечо прикрыв. А мне хотелось
В свои зажать тебя тиски.
Мир пошатнулся - ты запела,
Играло солнце в волосах.
Свою ты песнь запечатлела
На моих девственных устах.
Твоим хмельным отравлен ядом.
Ты будешь петь мне одному!
Но в белой козочке вдруг рядом
С тобой узрел я сатану.
И что-то словно надломилось
Во мне. Мой взгляд был полон слез.
А жизни наши покатились
С того момента под откос.
2. * * *
Кроткий шепот смиренно просил:
"Лишь позвольте себя мне спасти!"
Просто вслух сказать не было сил,
Прокричать ей: "Прости же, прости!"
И неслышно брильянты из глаз
Выжигали на скулах клеймо.
"Я люблю Вас. Скажите сейчас
Только "Да".
И пойдемте со мной"…
Шумный вздох из усталой груди,
Как гуденье зияющих ран…
" | |
