Александр Иванов

ШАГАЕТ ЛЕТО В САНДАЛИЯХ

* * *

Закрыла божьи облака

кровавая рука заката.

Порочны мысли дурака,

и крыша истины поката.

Дурак смеется, вверх глядит

и рушит мир движеньем пальцев.

Мир только горбится, молчит,

рождая верных новобранцев.

Шагают ноги в сапогах,

вдрызг воду лужи разбивая,

но Божий лик сияет в облаках,

надежду в сердце забывая...
* * *

Руки крыльями заменю,

разорву безымянную клетку,

день земной в небесах проведу

и воздам дары птицепредку.

Если небо взорвется черной водою,

если небо отвергнет меня – полукровку,

я пределы небес покину

и на землю вернусь негромко.

Обломаю крылья, разорву тетрадки,

душу сожгу в толпе городской,

в сердце приму ваши порядки.

Закроется небо серой корой.

Будет стыдно, и страшно, и жарко

на земле напиваться тоскою.

Хороните меня пораньше

Вместе, всею вашею Москвою.
* * *

Глаза наполнены дождями,

А губы сжались от тоски.

Но если бы вы только знали,

Как мы могли бы быть близки.

В глазах рассветы танцевали,

А губы ласковы, легки.

И мы играем на рояле в четыре руки,

Давно знакомы и близки…
* * *

Я больше не летаю во сне

Верхом на синей птице.

Лишь надеваю очки

И тихо начинаю молиться.

На кожу струится свет:

Небесный – нездешний.

Он словно Бога ответ,

Безмолвной надеждой.

Все чаще надеваю тулуп

Наш с Россией.

Этот тулуп очень груб,

А я душой в нем красно-бело-синий.

Встает рассвет и над полями

Вороны летят во тьму.

Прошепчу молитву маме,

Сырой земле, зло прокляну.
ПЕРВАЯ КОШКА

Проходит моя молодость

Во времени звездной кошкой,

Что живет на свалке впроголодь,

Мяукает в окошко.

Играет когтистой лапой

С огарком чьей-то души.

К Новому году подарком

Шерсть распушит.

К Новому году кофейной

Ночью неслышно придет,

Захватит месяц трофейный,

Радость в коробке несет.

И фальшиво улыбнется,

«Пора прощаться - скажет мне –

Я твоя молодость первая,

За окном уже падает снег».
* * *

Снег – как пыль поколений,

белая печаль изможденной души.

Не нужно мне, небо, божьих творений,

не нужно мне, Боже, небесной глуши.

Не нужно снов, не нужно знаков,

не нужно снов и зодиаков,

не нужно призрачной тиши.

Подай мне, Господи, свободу,

подай унынье светлых дней,

чтоб мне смиреньем год за годом

покрыть вину души своей.
* * *

Издождился от тоски,

Промокла вся моя суть.

Некто крылатый со мною грустит,

Устал говорить, что я трус.

Его стрелы не ломаются в теле –

Проходят сквозь кровь и сердце корчуют.

На стене судьба нарисована мелом

(Люди штампы носом чуют).

Я в ветрах, но не в веках.

Нет вопроса, зачем

Ходить в других носках,

Чем все. Я другую кашу ем.
* * *

Шагает лето в сандалиях.

В следах распускаются розы.

Барби скажут «увы» и «ах»,

Но там, где растут березы

Снова протекут ручьи,

Весна заиграет в орлянку,

Босыми ножками будет косить

Эту травяную полянку.

Встретятся сестры-подруги

И побегут шептать по лесам,

Болтать про озёра и луги,

Смеяться почти чудесам.

Небесами заоблачатся,

Ветрами зашумят в городах

Девочки-вёсенки, девочки-леточки

Будут кутить на размах.

Солнце лопнет опять

И разольется слоем луны.

Как приятно им с детством играть,

Пока обе судьбе нужны.